Вид для печати
К 20-летию легализации применения полиграфа
в правоохранительной практике России
Совершенствование методического обеспечения
криминалистических исследований с применением полиграфа
(статья первая)
Доктор юридических наук,
кандидат психологических наук
Ю.И. ХОЛОДНЫЙ
(Московский государственный технический университет им. Н.Э. Баумана)
«Юридическая психология», 2012, № 3, с. 9 - 16
Одним из существенных факторов, оказывающих негативное влияние на успешное использование криминалистических исследований с применением полиграфа (далее – КИПП) в отечественной правоохранительной практике, является низкое качество научно-методического обеспечения деятельности специалистов-полиграфологов, осуществляющих такие исследования при раскрытии и расследовании преступлений. Особенно остро издержки методического обеспечения проявляются при производстве КИПП в форме судебно-психофизиологической экспертизы с применением полиграфа (далее – СПфЭ).
Автору этих строк неоднократно приходилось осуществлять оценку качества работ, выполненных государственными и частнопрактикующими полиграфологами, – т.е. самих КИПП и подготовленных по их итогам документов. Анализ указанных материалов показал, что КИПП в интересах следственно-судебной практики, проводимые в различных регионах страны, очень часто содержат одни и те же изъяны, что указывает на системный характер недостатков в работе специалистов.
Очевидно, что нарушение технологии реализации любого из этапов КИПП чревато получением ошибочных результатов. Учитывая важность добротного знания полиграфологами методических средств и приёмов выполнения КИПП, а также четкого понимания научно-обоснованных границ их применения, представляется целесообразным дать разъяснения по некоторым методическим аспектам этих исследований и, тем самым, помочь полиграфологам избежать, по возможности, ошибок и неточностей, которые они допускают.
В частности, среди типичных изъянов в технологии КИПП регулярно встречается методически некорректное применение теста, который в отечественной практике носит наименование «позитивный контрольный тест»1 или «Да-нет»-тест2.
Позитивный контрольный тест.
1. Из истории позитивного контрольного теста (1970-1980 гг.). Позитивный контрольный тест (далее – ПКТ) был заимствован из американской технологии проверок на полиграфе. Его прототип – тест «Positive control technique»3 или «Positive control question technique»4 – был разработан бывшим руководителем отделения полиграфа полиции Филадельфии (США) Сильвестро Ф. Рили в 1971 году и вызвал значительный интерес у полиграфологов различных стран.
В частности, на рубеже 1970-1980-х годов на «Positive control technique» (далее – тест PCT) обратила внимание сотрудник КГБ СССР, канд. мед. наук Альбина Александровна Заничева, первый профессиональный отечественный полиграфолог, защитившая в 1970 году первую в стране диссертацию по тематике применения полиграфа. Применив американский формат теста в ряде работ в реальных условиях, она увидела не только его прикладную полезность, но и несколько технологических недостатков.
Чтобы понять, на что обратила внимание А.А. Заничева5, рассмотрим технологию теста РСТ.
Согласно концепции позитивного контроля (positive control concept), полиграфолог «инструктировал проверяемого отвечать на каждый вопрос первый раз намеренно ложно, а затем, когда вопрос повторялся, – намеренно правдиво. …Концепция позитивного контроля проста для понимания и прикладного применения,… и может быть адаптирована для структуры любого теста»6.
Наиболее распространенными в те годы в США были тесты школ Рейда, Атера и Бакстера. Тест Атера (Таблица 1), например, легко трансформировался в тест РСТ7:
Вопросы РСТ,
построенного на базе теста Атера
Ответ:
ложн.
Ответ:
Правд.
1.
Контр.
Ответьте ложно, Вы живете в США?
Нет
2.
Пров.
Ответьте правдиво, Вы живете в С ША?
Да
3.
Контр.
Ответьте ложно, Вы договаривались с Ральфом Балдом убить Джона Доу?
Да
4.
Пров.
Ответьте правдиво, Вы договаривались с Ральфом Балдом убить Джона Доу?
Нет
5.
Контр.
Ответьте ложно, Вы достоверно знаете, кто убил Джона Доу?
Да
6.
Пров.
Ответьте правдиво, Вы достоверно знаете, кто убил Джона Доу?
Нет
7.
Контр.
Ответьте ложно, Вы убили Джона Доу?
Да
8.
Пров.
Ответьте правдиво, Вы убили Джона Доу?
Нет
9.
Контр.
Ответьте ложно, Вы присутствовали когда Джон Доу был убит?
Да
10.
Пров.
Ответьте правдиво, Вы присутствовали когда Джон Доу был убит?
Нет
11.
Контр.
Ответьте ложно, Вы стреляли в Джона Доу?
Да
12.
Пров.
Ответьте правдиво, Вы стреляли в Джона Доу?
Нет
13.
Контр.
Ответьте ложно, Вы мне сейчас рассказываете чистую правду о смерти Джона Доу?
Нет
14.
Пров.
Ответьте правдиво, Вы мне сейчас рассказываете чистую правду о смерти Джона Доу?
Да
Принцип принятия решения по итогам предъявления пары вопросов – «Ответьте ложно, …» / «Ответьте правдиво, …» – также достаточно прост: «общее нервное напряжение правдивого субъекта демонстрирует его наиболее выраженную реакцию на вопрос, содержащий субъективную ложь (контрольный вопрос). Напротив, у лживого субъекта появится сильная реакция на проверочный вопрос, которая продемонстрирует его лживость»8. Иногда этот принцип наглядно представляли в табличной форме (Таблица 2)9..
Приведенный тест даёт возможность увидеть следующее. Во-первых, созданный на базе теста школы Атера тест РСТ содержал 14 вопросов, и его три повтора (предъявления) длились около 10 минут. Он состоял исключительно из значимых для исследуемого человека вопросов: это истощало его физиологическую активность при реагировании на задаваемые вопросы, особенно – в кожно-гальваническом рефлексе (далее – КГР), снижало выраженность реакций, затрудняло их оценку и, тем самым, усложняло решение задач, поставленных перед конкретным тестом.
Во-вторых, популярные тесты тех лет – тесты школ Бакстера и Рейда – насчитывали, соответственно, восемь и десять вопросов10; созданные на их базе тесты РСТ содержали уже 16 и 20 вопросов. В состав этих тестов входили нейтральные и контрольные вопросы, которые позволяли в определенной мере избежать истощения физиологической активности в ходе предъявления теста, но обнаруживалась иная проблема. Длительность таких тестов заставляла держать исследуемого с помощью перьевого полиграфа человека под датчиком сфигмографа (располагавшегося на предплечье и измерявшего его артериальное давление) непрерывно 15 и более минут, что вызывало у этого человека чувство дискомфорта: у него затекала и начинала болеть рука (особенно это проявлялось, когда объектом исследования была женщина).
Оценив достоинства и недостатки РСТ, А.А. Заничева упростила его, введя дублирование – «Ответьте ложно, …» и «Ответьте правдиво, …» – только для проверочных вопросов, которых в тесте было не более двух. В то время в 30 лаборатории ОТУ КГБ СССР был разработан и проходил испытание в реальных условиях тест смешанного типа (далее – ТСТ). Поэтому было предложено в тех случаях, когда необходимо, использовать усеченный вариант теста РСТ, созданный на базе ТСТ: так появился ПКТ.
Следует подчеркнуть, что усеченный вариант, хотя и назывался ПКТ, никогда не использовался в качестве самостоятельного теста. Его применяли в ходе тестирования на полиграфе (далее – ТнП) сразу после «базового» теста, и он являлся методическим приёмом: в случае получения четких, выраженных реакций, хорошо понятных для неспециалиста, они (т.е. реакции) могут служить наглядным, эффективным средством убеждения проверяемого на полиграфе человека в необходимости признательных показаний.
2. Применение ПКТ в России (1990-2000-е гг.). Рассматриваемый тест коротко, без изложения специфики его применения, был описан в первом в России методическом нормативном акте по порядку проведения КИПП11.
С 1996 г. ПКТ изучался в рамках учебной программы на курсах полиграфологов Института криминалистики Центра специальной техники ФСБ России (далее – ИК ЦСТ ФСБ России).
В 2004 г. Молчанов А.Ю. и Оглоблин С.И. (окончившие указанные выше курсы, соответственно, в 2001 и 2003 гг.) издали прослушанные ими лекции, назвав их «академическим курсом», где, среди прочего, описали ПКТ. Они «акцентировали внимание читателя на том, что речь идет именно о методических приёмах, а не о самостоятельных тестах методики контрольных вопросов»12.
Однако отсутствие разъяснений, как пользоваться ПКТ, который является в опубликованной редакции лишь «методическим приёмом, а не самостоятельным тестом», привели к тому, что представленный в «академическом курсе» пример13 стал образцом для подражания и послужил толчком к некорректному, удобному для манипулирования, применению ПКТ в практике.
3. Из текущей практики применения ПКТ. Как уже упоминалось выше, автор этой статьи неоднократно сталкивался с тем, как полиграфологи методически некорректно применяли ПКТ, порой манипулируя его результатами.
Когда готовилась эта статья, произошел один из таких случаев, который и дал свежий материал для иллюстрации; ниже будут представлены фрагменты «Заключения эксперта» по итогам производства СПфЭ, в ходе которого использовался рассматриваемый тест.
Итак, в ходе экспертизы обвиняемому Д. было предъявлено 7 тестов – один установочный и 6 проверочных, три из которых – ПКТ. Из-за ограниченного объёма данной статьи ниже представлен вопросник (Таблице 3) только одного из таких тестов (№ 5) с сохраненной разметкой вопросов оригинала.
№/
/№
Тип
вопроса
Вопросы ПКТ
Ответы
0.
Ваша фамилия действительно Д.?
Да
1.
Нейтр.
Сегодня 17 мая?
Да
2.
Контр.
У Вас есть объективные причины бояться результатов этой экспертизы?
3.
Провер.
Ответьте ложно: В ту ночь около кафе Вы нанесли хотя бы один удар К. по голове?
Да
4.
Провер.
Ответьте правдиво: В ту ночь около кафе Вы нанесли хотя бы один удар К. по голове?
Нет
5.
Нейтр.
Вы меня хорошо слышите ?
Да
6.
Контр.
Вам доставляет удовольствие смотреть, как человеку причиняют сильную физическую боль?
Нет
7.
Провер.
Ответьте ложно: В ту ночь около кафе Вы нанесли хотя бы один удар ногой по телу К.?
Да
8.
Провер.
Ответьте правдиво: В ту ночь около кафе Вы нанесли хотя бы один удар ногой по телу К.?
Нет
9.
Нейтр.
Вам понятны все мои вопросы?
Да
10.
Контр.
Сегодня Вы пытались скрыть или исказить какие-то сведения по этому делу?
Нет
На Рис. 1 представлены фрагменты полиграммы первого (А) и пятого, последнего, (Б) предъявлений вопросов №№ 3 и 4 теста № 5. На Рис. 2 показана оценка реакций этого теста, осуществленная по алгоритмам компьютерного полиграфа.
Используя данные таблицы 2, на Рис. 2 нетрудно заметить, что на вопросы первой пары (№№ 3-4) – «Ответьте ложно, …» / «Ответьте правдиво, …» – была зафиксирована динамика реакций, которая свидетельствовала, что подэкспертный, отвечая на эти вопросы, не скрывал информацию. При предъявлении вопросов второй пары (№№ 7-8) наблюдалась динамика реакций, свидетельствующая о сокрытии информации подэкспертным.
Но прежде, чем рассмотреть, как описаны результаты этого теста в «Заключении специалиста, обратим внимание читателя на следующее.
Эксперт в своём заключении указывает, что «зарегистрированные в ходе психофизиологического исследования (далее – ПФИ) данные были подвергнуты экспертной оценке, в том числе: семибалльной экспертной оценке зоновых тестов К. Бакстера; трехбалльной экспертной оценки полиграфной школы КГБ СССР и метрической (измерительной) оценке «электронной линейкой» с расчетом интегральных показателей выраженности психофизиологических реакций подэкспертного при ответах на тот или иной вопрос тестов на основе классических методов теории вероятности (данные расчеты хранятся в отделе …)».
Однако в «Заключении эксперта» не приведены результаты14 ни одной из экспертных оценок. Компьютерная оценка данных ТнП вовсе не упоминается экспертом, хотя, как видно на Рис. 2, провести ему таковую особого труда не составляло.
Далее, описывая в «Заключении эксперта» результаты теста № 5, эксперт указывает, что это – [1] «так называемый «тест с позитивным контролем», суть которого заключается в том, что подэкспертный по указанию эксперта на один и тот же проверочный вопрос должен отвечать два раза подряд – сначала «ложно», потом – «правдиво»… До предъявления теста № 5 вышеописанный порядок ответов на вопросы был разъяснен подэкспертному, после чего подэкспертный сообщил, что на все проверочные вопросы теста … он будет отвечать ложно – «да», правдиво – «нет»».
Результаты экспертной оценки полиграмм, сделанной самим экспертом, – неизвестны. Но, оценив «результаты предъявления теста № 5, эксперт констатирует, что при ответах подэкспертного «нет» с указанием отвечать правдиво на проверочные вопросы были выявлены психофизиологические реакции, превышающие по степени выраженности реакции при ответах подэкспертного «да» на эти же вопросы (при указании эксперта отвечать на них ложно). Данный факт свидетельствует о том, что Д. располагает информацией, не согласующейся с той, что была сообщена им в показаниях и эксперту в ходе ПФИ по всем (выделена нами – Ю.Х.) проверочным вопросам».
Сравнив процитированное выше и данные объективной компьютерной оценки (Рис. 2), можно констатировать – как минимум – манипулирование результатами теста № 5: очевидно, что соотношение реакций на вопросы №№ 3 и 4, согласно представленному выше правилу С. Рили, указывает на отсутствие сокрытия обвиняемым Д. информации по данному вопросу.
Естественно, у внимательного читателя, возможно, возникает вопрос – почему эксперт не дополнил подготовленное заключение распечатками полиграмм, данными их количественной оценки и изложил результаты теста указанным образом?
4. Истоки некорректного применения ПКТ. По-видимому, определяющую роль в продвижении некорректного использования ПКТ в практику (как и многих иных изъянов и ошибок в технологии выполнения КИПП) послужили, помимо упущений в подготовке полиграфологов, некачественные методические пособия, которые активно используются специалистами в своей работе. В частности, таковым является пособие по составлению заключений по материалам психофизиологических исследований15, из которого была дословно заимствована цитата, отмеченная выше цифрой [1].
Задержим внимание читателя на этом пособии, которое, по мнению его авторов, содержит «примеры грамотного составления заключений по результатам проведения экспертиз»16.. К сожалению, приходится констатировать, что пособие подготовлено далеко не лучшим образом: серьёзным недостатоком, который объединяет все «примеры грамотного составления заключений», является «непрозрачность» выводов, получаемых в итоге применения полиграфа
Из-за ограниченного объёма статьи рассмотрим только один из представленных примеров – «заключение эксперта, составленное по результатам проведения СПфЭ, назначенной на стадии судебного следствия»17, и отметим лишь некоторые из изъянов этого заключения, затрагивающие ПКТ.
В этом примере, во-первых, не говорится о методах оценки зарегистрированных в ходе ТнП реакций, а лишь упоминается, что «зарегистрированные в ПФИ данные подвергались экспертной оценке»18 (как указывалось выше, экспертная оценка может быть проведена тремя способами, каждый из которых обладает своими достоинствами и недостатками).
Во-вторых, из учебной литературы по судебной экспертизе хорошо известно, что «к заключению специалиста прилагаются … фототаблицы, схемы, графики и другие иллюстрированные материалы, подтверждающие выводы эксперта»19. Однако, вместо распечатанных полиграмм, которые бы сделали заключение эксперта «прозрачным», прилагается компакт-диск. Для его просмотра требуется конкретная версия программы только той модели компьютерного полиграфа, с помощью которого осуществлялось производство СПфЭ (например, с этой трудностью автор столкнулся, когда готовил иллюстративный материал для данной статьи).
В-третьих, представляемые выводы экспертного исследования должны быть обоснованы экспертом. Однако, в рассматриваемом «примере грамотного составления заключения» не приведены результаты экспертной оценки ни одного из тестов, в том числе – и ПКТ. Эксперт лишь указал, «что психофизиологические реакции при ответах подэкспертного на проверочные вопросы при указании эксперта отвечать ложно имеют большую степень выраженности (Насколько? Как это оценивалось? – Ю.Х.) по сравнению с реакциями при ответах на те же проверочные вопросы при указании эксперта отвечать правдиво, что согласуется с ранее данными подэкспертным показаниями»20.
В-четвертых, – и это весьма существенно – последние слова приведенной цитаты, на которых необходимо остановиться особо.
Напомним, что под предметом судебной экспертизы понимают «факты, обстоятельства (фактические данные), устанавливаемые посредством экспертизы», а под задачами экспертизы – «те вопросы, которые должны быть решены в ходе её производства», и при этом «задачи не могут выходить за рамки предмета»21. Однако, как показывает анализируемый пример из пособия, при проведении СПфЭ эксперт22 вышел за пределы своей компетенции: указав, что «тесты были ориентированы на проверку ранее данных показаний»23 подэкспертного, он вторгся в сферу деятельности судебного следствия и, в нарушение процессуального законодательства, стал решать несвойственные ему задачи.
Не лучше дело обстоит и с пособиями по методическим вопросам.
В настоящее время, по-видимому, наиболее распространенным методическим руководством по проведению КИПП является практическое пособие «Единые требования к порядку проведения психофизиологических исследований (ПФИ) с использованием полиграфа» (далее – «Единые требования…»).
К сожалению, это пособие также едва ли можно признать удачным: оно изобилует неточностями, упущениями и просто ошибками. Полиграфологи в своей работе, естественно, опираются на это пособие и, не ведая о его изъянах, нередко приходят к ошибочным результатам КИПП при исследовании памяти человека в целях обнаружения следов событий прошлого и выявления, тем самым, возможно скрываемой им информации. И хотя «Единые требования…» давно заслуживают отдельного критического анализа24, рассмотрим лишь вопросы применения ПКТ, который именуется в этом пособии «Да-Нет» тестом25.
В частности, в пособии:
1) указано, что «обследуемый получает инструкцию отвечать на них (т.е. вопросы – Ю.Х.) в первый раз – правдиво, а во второй раз – ложно»26, что не соответствует установившимся требованиям выполнения ПКТ, и, как показано выше (Таблица 3), специалисты не следуют приведенному положению;
2) не объясняется, почему «Да-Нет» тест является «методическим приёмом» 27, и где он должен применяться;
3) не приводится пример формата теста, в связи с чем невозможно понять, почему и как он «обычно используется при работе с другими тестами»28;
4) весьма любопытно раскрыта эффективность «Да-Нет» теста. Оказывается, она «обуславливается рядом причин: у обследуемого, умышленно дающего ложные показания, возникает внутренне противоречие…», в то время как «искренний обследуемый испытывает определенный внутренний конфликт»29. В чем различие между «внутренним противоречием» и «внутренним конфликтом» составители пособия умалчивают.
Но самым серьёзным – пятым – недостатком описания в пособии «Да-Нет» теста» является отсутствие правила принятия решения по итогам его применения. С учетом сказанного выше (пп. 1)-3)), отсутствие правила принятия решения открывает, практически, безграничные возможности для манипулирования результатами этого теста.
Завершая краткий обзор истоков некорректного использования ПКТ и подвергая критике явные методические нарушения, вместе с тем, следует признать, что полиграфологи находятся в тяжелом положении: они не знают как правильно применять данный тест (да и не только этот!), а некачественно подготовленные методические пособия лишь усугубляют существующую ситуацию. И что особенно прискорбно – работая на методически ущербной основе, полиграфолог в ходе каждого КИПП (и, тем более, СПфЭ) вторгается в судьбу исследуемого им человека, для которого последствия такого вторжения нередко оказываются негативными.
5. Некоторые вопросы технологии выполнения РСТ. По мнению С. Рили, использование «контрольных групп» (состоящих из пары
вопросов, начинающихся словами – «Ответьте ложно,…» / «Ответьте правдиво,…» ) обладает рядом преимуществ, поскольку «не требует от экзаменатора (полиграфолога – Ю.Х.) скрывать что-либо о сути метода и не вынуждает убеждать проверяемого в эффективности применения полиграфа. Собственные умственные способности проверяемого сами убедят его в эффективности системы (вопросов – Ю.Х.) и в сведении к нулю ошибок со стороны экзаменатора. Одно это снижает общее нервное напряжение у правдивого субъекта и позволяет ему выдать наиболее сильную реакцию на вопрос «субъективной лжи» (т.е. на контрольный вопрос). Напротив, лживый субъект покажет наибольшую реакцию на вопрос «субъективной правды» (т.е. на проверочный вопрос), выдавая тем самым свою лживость»30.
Эффективность методического подхода, предложенного С. Рили, определяется «четырьмя принципами:
1. Контрольный и проверочный вопросы, входящие в «контрольную группу», – одни и те же, и, следовательно, они сбалансированы.
2. Экзаменатор не участвует в искусственном формировании механизма контрольных вопросов.
3. От экзаменатора не требуется стимулировать контрольных вопросов.
4. Благодаря первым трем принципам, влияние экзаменатора (на появление реакций – Ю.Х.) является минимальным, и любое различие в физиологических реакциях проверяемого человека на «контрольный» и «проверочный» вопрос «контрольной группы» происходит единственно от того, какая из угроз для этого человека больше: «субъективная ложь» или «субъективная правда»»31.
Помимо проверочных, формирование «контрольных групп» проводят также и по нейтральным вопросам. (Типичный вопросник РСТ32 показан в Таблице 4.) При этом проверяемому человеку объясняют, что цель применения нейтральных вопросов – «определить типы реакций и тенденции его реагирования, которые помогут идентифицировать его ложные и правдивые ответы»33.
Таблица 4.
Вопросы РСТ,
построенного на базе теста Атера
Ответ:
ложн.
Ответ:
Правд.
1.
Контр.
Ответьте ложно, Вас зовут Ральф?
Нет
2.
Пров.
Ответьте правдиво, Вас зовут Ральф?
Да
3.
Контр.
Ответьте ложно, Ваша фамилия Бейл?
Нет
4.
Пров.
Ответьте правдиво, Ваша фамилия Бейл?
Да
5.
Контр.
Ответьте ложно, когда деньги брали из сейфа, Вы были там?
Да
6.
Пров.
Ответьте правдиво, когда деньги брали из сейфа, Вы были там?
Нет
7.
Контр.
Ответьте ложно, Вы взяли хоть часть денег пропавших из сейфа?
Да
8.
Пров.
Ответьте правдиво, Вы взяли хоть часть денег, пропавших из сейфа?
Нет
9.
Контр.
Ответьте ложно, Вы когда-нибудь ходили в школу?
Нет
10.
Пров.
Ответьте правдиво, Вы когда-нибудь ходили в школу?
Да
11.
Контр.
Ответьте ложно, Вы получили какую-то часть денег, пропавших из сейфа?
Да
12.
Пров.
Ответьте правдиво, Вы получили какую-то часть денег, пропавших из сейфа?
Нет
13.
Контр.
Ответьте ложно, Вы знаете, где сейчас находятся пропавшие из сейфа деньги?
Да
14.
Пров.
Ответьте правдиво, Вы знаете, где сейчас находятся пропавшие из сейфа деньги?
Нет
Из приведенного выше замечания видно, что качественное проведение РСТ во многом зависит от правильных разъяснений и инструктажа, которые даёт полиграфолог проверяемому человеку перед началом теста. Так, после ознакомления с тем, что каждый вопрос будет задан два раза с уведомлением «Ответьте ложно,…»/«Ответьте правдиво,…», рекомендуется обязательно указать проверяемому на то, что «влияние его нервного напряжения будет неизменным каждый раз, когда он слышит вопрос. Поэтому различие в реакциях придет от него самого. И суть теста заключается в том, что ложный ответ вызовет более сильную реакцию, по сравнению с любой иной реакцией, вызванной всего лишь самим вопросом»34. Специалисты «проверяемого никогда не инструктируют отвечать «да» или «нет». Цель экзаменатора – усилить у проверяемого понимание того, что ответы должны содержать ложь и правду»35.
Оценка реакций, зарегистрированных в ходе РСТ, также обладает рядом особенностей. Во-первых, для оценки «контрольной группы» С. Рили ввел правило «два-из-трёх»: чтобы учитываться в последующей оценке, реакция человека на заданный вопрос должна проявиться, как минимум, в двух физиологических процессах из трёх.
Во-вторых, если в каком-то одном физиологическом процессе «реакция на контрольный вопрос «контрольной группы» превышает реакцию на проверочный вопрос, ей присваивается (+ 1) балл; если наоборот – присваивается оценка (– 1) балл… Оценка реакции (+2) или (+3) указывает на правдивость, а (–2) или (-3) указывает на ложь. Если (0) – результат неопределенный (inconclusive)… Далее результат подсчитывается по всем предъявлениям конкретной «контрольной группы»»36.
В-третьих, в целях повышения уверенности при принятии решения по каждой конкретной «контрольной группе» проверочного содержания, рекомендуется обращать внимание на реагирование проверяемого человека на «субъективную ложь» в следующей «контрольной группе» нейтрального содержания. Таким образом «образуется последовательность из трёх зон реагирования, слева направо, – «субъективная ложь», «субъективная правда» и снова «субъективная ложь». Для правдивого проверяемого наиболее выраженная реакция должна возникать на любой вопрос «субъективной лжи», для неправдивого – реакция на средний вопрос должны быть более выраженной, чем реакция на вопросы, стоящие по бокам»37.
К середине 1980-х годов применение РСТ приобрело популярность в среде полиграфологов США. В 1986 г. в «Journal of Applied Psychology» появилась статья Р.Ф.Формана и К. Мак-Коли38, представившая результаты первого научного исследования РСТ в лабораторных условиях, которое показало, что по своей результативности, в среднем, этот тест не уступает тестам, составленным по методикам контрольных вопросов (далее – МКВ) и выявления скрываемой информации. Авторы статьи отмечали, что «РСТ может быть использован в любой ситуации, когда необходим полиграф. Он использует формат «вопрос – как свой собственный контроль», который имеет большую обоснованность, чем формат методики контрольных вопросов»39.
Однако, неудачно выбранная лабораторная модель для исследования РСТ (например, сравнивалась результативность применения одного (!) предъявления РСТ с двумя предъявлениями теста МКВ) привела к тому, что результаты этого исследования были поставлены под сомнение. В частности, группа специалистов из университетов штатов Пенсильвания и Юта (США) провела в лабораторных условиях экспериментальное исследование РСТ и показала, что этот тест «по возможности детекции лжи уступает тесту методики контрольных вопросов… РСТ не продемонстрировал свою эффективность в лабораторных условиях… И до тех пор, пока его эффективность не будет подтверждена, экзаменаторам (полиграфологам) следует отказаться от применения РСТ в практической работе в пользу тестов методики контрольных вопросов»40.
После этих двух противоречивых исследований, прикладные возможности РСТ, насколько известно, экспериментально более не изучались, и в начале 1990-х годов интерес к этому тесту угас41.
6. Итоги и перспективы. Подводя итог изложенному выше, представляется целесообразным высказать следующие замечания.
Во-первых, в сложившихся условиях полагаем правильным настоятельно рекомендовать отечественным полиграфологам отказаться от применения ПКТ (в том виде, как он описан в упомянутых выше методических пособиях) в качестве самостоятельного теста для решения задач КИПП (и, особенно, СПфЭ).
Во-вторых, считаем возможным рекомендовать применение ПКТ в условиях оперативно-розыскной деятельности именно как методического приёма А.А. Заничевой, т.е. в целях создания условий для склонения исследуемого человека к признательным показаниям.И, наконец, в-третьих. По нашему мнению, едва ли было бы правильно отвергнуть идеологию «позитивного контроля» без её изучения на современном уровне развития технологии КИПП: напомним, что важнейшее достоинство РСТ, на котором сторонники этого теста делали особый акцент, заключается в его способности обойти извечную проблему – формулирование «хороших» контрольных вопросов для ТнП. Поэтому методический подход формирования «контрольной группы» вопросов («Ответьте ложно,…» / «Ответьте правдиво,…»), в любом случае, заслуживает серьёзного внимания и изучения.
Прежде всего, необходимо на представительной группе испытуемых провести эксперименты и удостовериться в наличии указанных форм устойчивого реагирования у лиц, как скрывающих устанавливаемую полиграфологом информацию, так и не скрывающих.
Далее, в случае положительного исхода экспериментов, разработать прикладной формат теста с использованием «контрольных групп» указанного типа, выработать технологию выполнения такого теста в реальных условиях, а также определить оптимальную зону и условия его применения.
Литература
1 Оглоблин С.И., Молчанов А.Ю. Инструментальная «детекция лжи»: академический курс. – Ярославль: Нюанс, 2004. С. 304.
2 Единые требования к порядку проведения психофизиологических исследований (ПФИ) с использованием полиграфа. Практическое пособие. – М.: МВД России, 2008. С. 38-39; Сошников А.П., Комиссарова Я.В., Пеленицын А.Б., Федоренко В.Н. Полиграф в практике расследования преступлений. Методические рекомендации. – М.: 2008. 186 с.
3 Reali S.F. Reali’s Positive control technique // Polygraph. 1978. v. 7. № 4. P. 281-285.
4 Howlend D. Positive control question technique pre-test interview and chart interpretation // // Polygraph. 1981. v. 10. № 1. P. 37-41.
5 Автор этих строк на протяжении десяти лет, до ухода А.А. Заничевой на заслуженный отдых в 1988 году, работал с ней в одном кабинете и был непосредственным свидетелем проводимых ею исследований.
6 Gordon N.J., Cochetti P.M. Positive control concept and technique // Polygraph. 1982. v. 11. № 4. P. 332.
7 Gordon N.J., Cochetti P.M. Positive control concept…, Р. 333.
8 Reali S.F. Reali’s Positive control technique…, С. 283.
9 Gordon N.J., Cochetti P.M. Positive control concept…, Р. 332.
10 Abrams S. A polygraph handbook for attorneys. – Toronto: Lexington Books, 1977. P. 77-78.
11 Холодный Ю.И. Комплексная методика специального психофизиологического исследования с применением полиграфа. (Утверждена 12 июня 1995 г.) – М.: ИК ЦСТ ФСБ России, 1995. 66 с.
12 Оглоблин С.И., Молчанов А.Ю. Инструментальная «детекция…, С. 303.
13 Там же, С. 304 .
14 Оценка и представление результатов по итогам выполненных КИПП, технологические аспекты производства СПфЭ и иные вопросы данной тематики будут рассмотрены в последующих статьях данного цикла.
15 Варламов В.А., Варламов Г.В., Комиссарова Я.В. Составление заключений по материалам психофизиологических исследований. – М.: ООО «Принт-Центр», 2009. С. 25.
16 Там же, С. 2.
17 Там же, С. 23.
18 Там же.
19 Зинин А.М., Майлис Н.П. Судебная экспертиза. Учебник. – М.: Право и закон, 2002. С. 175.
20 Варламов В.А., Варламов Г.В., Комиссарова Я.В. Составление…, С. 25.
21 Орлов Ю.К. Судебная экспертиза как средство доказывания в уголовном судопроизводстве. Научное издание. – М.: ИПК РФЦСЭ, 2005. С. 21, 33.
22 Экспертом при производстве СПфЭ являлась Комиссарова Я.В.
23 Варламов В.А., Варламов Г.В., Комиссарова Я.В. Составление…, С. 24.
24 В аннотации «Единых требований…» указано, что «пособие подготовлено в ходе научно-исследовательской работы, выполненной сотрудниками Академии управления МВД России по заявке БСТМ МВД России» (С. 2), и авторский коллектив «Единых требований…» в 2008 г. включал в себя пятнадцать специалистов из различных федеральных ведомств и коммерческих структур. Однако, «Единые требования…», фактически, являются копией ранее опубликованной в том же году книги – Сошников А.П., Комиссарова Я.В., Пеленицын А.Б. и Федоренко В.Н. «Полиграф в практике расследования преступлений. Методические рекомендации»; авторы книги входят в состав авторского коллектива «Единых требований…». В 2011 г. участникам Международной научно-практической конференции специалистов-полиграфологов органов внутренних дел (г. Сочи) были представлены новые «Единые требования к порядку проведения опросов и специальных психофизиологических исследований на полиграфе», из 15 человек авторского состава которого три были исключены.
Естественно, возникают вопросы. Кто же истинные авторы «Единых требований…»? Сколько их? И кто именно должен нести ответственность за некачественное пособие, подготовленное «в ходе научно-исследовательской работы, выполненной сотрудниками Академии управления МВД России»?
25 Описание «Да-Нет» теста в «Единых требованиях…» и в книге – Сошников А.П., Комиссарова Я.В., Пеленицын А.Б. и Федоренко В.Н. «Полиграф в практике расследования преступлений. Методические рекомендации» – идентично.
26 «Единых требования…», С. 38.
27 Там же.
28 Там же.
29 Там же, С. 38-39.
30 Reali S.F. Reali’s Positive control technique…, Р. 283.
31 Gordon N.J., Cochetti P.M. Positive control concept…, Р. 334.
32 Howlend D. Positive control question technique…, Р. 41.
33 Там же, Р. 38.
34 Там же, Р. 37.
35 Reali S.F. Reali’s Positive control technique…, Р. 283.
36 Howlend D. Positive control question technique…, Р. 40.
37 Там же.
38 Forman R.F., McCauley C. Validity of the positive control polygraph test using the field practice model // Journal of Applied Psychology. 1986. v. 71. № 4. P. 691-698.
39 Forman R.F., McCauley C. Validity of the positive control polygraph test using the field practice model // Polygraph. 1987. v. 16. № 2. P. 156.
40 Driscoll L.N., Honts C.R., Jones D. The validity of the positive control physiological detection of deception technique // Polygraph. 1987. v. 16. № 3. P. 223-224.
41 Matte J.A. Forensic psychophysiology using the polygraph. – New-York: J.A.M. Publication, 1996. 773 р.